Вегетарианство в России зародилось еще в середине XIX века. Именно в Санкт-Петербурге было создано первое в стране вегетарианское общество, которое в шутку называли «Ни рыба, ни мясо». Его основателем стал хирург Александр Петрович Зеленков. Его супруга, Ольга Константиновна Зеленкова, в начале XX века издала первую в России книгу с вегетарианскими рецептами — «Я никого не ем». Это издание стало важной вехой в истории российского вегетарианства и положило начало появлению подобных кулинарных книг других авторов.
Суфле из абрикосов свежих. 20 — 30 крупных абрикосов, смешать с шестью желтками, растертыми со стаканом сахара. Прибавить шесть сбитых белков, перемешать. Выложить на глубокое блюдо, смазанное маслом, посыпанное мукой точка дать постепенно подняться и подрумяниться в духовке, тот час подавать, посыпав сахарной пудрой. Подать сливки (или молоко).
изображение сгенерировано ИИ
Огурцы свежие, жареные, со сметаной. Очистив 15 крепких, средней величины, огурцов, разрезать пополам в длину, обвалять в муке или, обмакнув в яйцах, обвалять в крошках. Обжарить румяно на сковороде в масле. Положить на глубокое блюдо, смазанное маслом, посыпанное крошками. 1/2 ф. сметаны разболтать с двумя яйцами, посолить, залить горячие огурцы. Дать постепенно прогреться в духовке, не кипятя. Посыпать рубленным укропом, петрушкой.
изображение сгенерировано ИИ
Фрикадельки жареные с сыром Швейцарским. Сухари на 6 коп., порезать, залить 1 стаканом сливок (или молока), протереть точка растереть три яйца, прибавить, не переставая растирать: столовую ложку распущенного масла, 2 столовые ложки тертого сыра, сухари, с их сливками (или молоком), 1 1/4 ф. сметаны, немного муки. Скатать фрикадельки, обвалять в муке, или, обмакнув в яйцах, обвалять в крошках, обжарить румяно в масле. Положить горкой на блюдо, убрать обжаренными в масле веточками петрушк
изображение сгенерировано ИИ
И ещё несколько рецептов из книги:
Ботвинья. Две 1/2 ф. шпината и 1/2 ф. щавелю, или 2 ф. молодого свекольника, сварить в посоленном кипятке, процедить, порубить. Прибавить рубленого зеленого лука, укропа, петрушки, 6 средней величины мелко резаных огурцов, соли, сахару. Перед тем как подавать, влить 2 — 3 бутылки кваса (№67), положить кусочки льду. Подать к ботвинье 8 крутых, порезанных пополам, в длину, яиц, убрав их веточками зелени петрушки.
Суп из стручков горошка зеленого, сахарного. 6 ф. стручьев зеленого, сахарного горошка вылущить: горошек сварить в кипятке, процедить. Стручья порубить, залить кипятком, разварить, протереть через сито. Навар стручьев соединить с горошком и его наваром, прибавить 3 чайные ложки муки, подрумяненной с маслом, вскипятить. Влить 1 стакан сливок, положить столовую ложку масла, соли, прогреть, не кипятя. Всыпать рубленного укропа, петрушки.
Локоны миндальные. 3/4 ф. очищенного сладкого миндалю и 2 штуки горького смолоть, смешать с 3/4 ф. сахара, прибавить 10 сбитых белков, перемешать. Намазать тонким слоем на лист, намазанный воском, сгладить, дать постепенно слегка подрумяниться в духовке. Тотчас разрезать, на листе, полосками в 1/2 вершка ширины, которые порезать кусочками вершка в 3 длины. Пока не остыли, свертывать локоном.
Шарлотка из хлеба белого, с абрикосами свежими. Абрикосы разрезать пополам в длину, удалить косточки. Срезав толстые корки с булки в 5 коп., порезать ее ломтями, положить на лист, смазанный маслом, посыпать сахаром, скропить маслом. Дать постепенно подрумяниться в духовке. Дно и стенки шарлотницы смазать маслом, посыпать крошками, обложить гренками. Наполнить абрикосами, пересыпая сахаром, (1/2 ф.), покрыть гренками, смазать яйцом, посыпать сахаром, скропить маслом, дать постепенно подрумяниться в духовке. Подать сливки (или молоко).
Пломбир сливочный, с рисом и со свежей малиной, или земляникой лесной, или «Викторией», или клубникой, или абрикосами, или черной смородиной, или желтыми сливами, или дыней, или ананасом. Сварить рассыпчатого 1/4 ф. риса, смешать с 2 ф. ягод, или фруктов (если ананас или дыня, или сливы, или абрикосы — то мелко порезав их). Растереть 3 желтка с 1/4 ф. сахара с ванилью, сбивать, вливая постепенно, 1 стак. сбивных сливок, пока загустеет. Перемешать с рисом и фруктами. Прибавить 2 стак. сбитых сбивных сливок, смешанных с 1/2 ф. сахара с ванилью, перемешать, выложить в пломбирную форму, вынести на ледник, зарыть в лед, заморозить.
История написания цикла «Властелин колец» началась с детской повести «Хоббит» (1937) под авторством Дж.Р.Р. Толкина. Издательство Allen & Unwin, воодушевленное популярностью книги, запросило сиквел. Толкин начал работу в декабре 1937 года, планируя создать небольшой сиквел «хоббита», но повествование быстро переросло в грандиозную сагу о Кольце Всевластия. Замысел опирался на его многолетние разработки: с 1917 года он выстраивал мифологию Арды (изложенную позже в «Сильмариллионе»), а лингвистические эксперименты с эльфийскими языками квенья и синдарин стали каркасом мира.
Про Дж.Р.Р. Толкина
Джон Рональд Руэл Толкин (1892–1973), оксфордский профессор англосаксонского языка и литературы, был человеком, в котором глубокие академические познания неразрывно сочетались с мощной творческой фантазией. Родившись в Южной Африке, он рано потерял отца, а затем и мать, воспитывался в Бирмингеме под опекой католического священника, что сформировало его глубокую католическую веру, ставшей основой его мировоззрения и творчества. Его детская страсть к языкам переросла в профессию филолога и лингвиста, специалиста по древнеанглийскому и древнескандинавскому эпосу. Именно интерес к мифам и языкам, а также травматический опыт участия в битве на Сомме во время Первой мировой войны, где он потерял близких друзей, позволили Толкину раскрыть в себе талант писателя. Его дружба с К. С. Льюисом и участие в литературном кружке «Инклинги» в Оксфорде были важной средой для обсуждения идей. В 1953 году он писал: «"Властелин Колец" произведение религиозное и католическое по сути; сначала неосознанно, а при пересмотре - намеренно». Библейские мотивы пронизывают историю: жертвенность Фродо ассоциируется с искупительной миссией Христа, падение Мелькора (Моргота) - с восстанием Люцифера, а темы искупления (Голлум) и смирения (хоббиты как «малые сильные») отражают христианскую этику. Параллели с Второй мировой (например, мрак Мордора) часто приписываются тексту, но сам автор категорически отрицал прямую аллегорическую связь с современными ему событиями, подчеркивая универсальность своих тем.
Трудный путь к публикации
Работа над книгой длилась 12 лет (1937-1949), прерываясь из-за преподавательских обязанностей Толкина в Оксфорде и суровых реалий Второй мировой войны. Рукопись была завершена в 1949-м, но опубликована была далеко не сразу. Послевоенная нехватка бумаги делала печать столь объемного тома непомерно дорогой для издательства, и именно тогда издатель Рейнер Анвин предложил компромиссное решение - разделить эпопею на три части. Споры о содержании также затягивали процесс: Толкин настаивал на включении обширных аппендиксов (генеалогия, хронология, описание языков) и тщательной синхронизации событий с его более ранней мифологией «Сильмариллиона», что значительно усложняло редактуру и подготовку текста. Дополнительной сложностью стал поиск подходящего оформления: изначальные планы Толкина проиллюстрировать книгу своими рисунками и создать сложный дизайн обложки пришлось оставить из-за технологических сложностей и высоких затрат, поэтому первое издание вышло без иллюстраций, лишь с авторскими картами Средиземья.
29 июля 1954 года была наконец-то опубликована первая часть трилогии -«Братство Кольца», скромным тиражом в 3 500 экземпляров. За ней последовали «Две крепости» (11 ноября 1954) и «Возвращение короля» (20 октября 1955). Критики встретили книгу неоднозначно: одни хвалили невероятную глубину и проработанность мира, эпический размах и лингвистическое богатство, а другие ругали за медлительность повествования. Однако читательский успех был мгновенным и оглушительным - первый тираж «Братства Кольца» раскупили всего за 6 недель, что для столь сложного и объемного произведения было невероятным достижением, сигнализировавшим о рождении новой культурной иконы.
Последствия
Публикация «Братства Кольца» стала эпохальным событием, которое сильно повлияло на всю мировую культуру. Толкин в одиночку создал канон современного эпического фэнтези: концепцию детально проработанного фэнтези мира с собственной историей, географией, народами и языками, архетип эпического конфликта между добром и злом, и ставшую классической структуру «партии героев». Без Средиземья и его влияния трудно представить появление таких произведений, как «Хроники Нарнии» К. С. Льюиса, «Песни Льда и Пламени» Джорджа Мартина или «Ведьмака» Анджея Сапковского. Книга превратилась в глобальный феномен массовой культуры: продано свыше 150 миллионов копий на более чем 56 языках. Экранизация Питера Джексона (2001-2003) стала кинематографической революцией: новаторское использование CGI для создания Голлума, масштабные съемки в Новой Зеландии и технология motion-capture задали новые стандарты для кинофэнтези и принесли трилогии 17 премий «Оскар». Текст «Властелина Колец» породил и устойчивый академический интерес: его изучают как уникальный литературный феномен, исследуя его глубокие связи с древней мифологией и эпосом, экологическими концепциями (индустриализация Изенгарда как воплощение зла), теологией и философией.
P.S Подписывайтесь, чтобы всегда быть в курсе интересных обзоров и событий. Ваша поддержка очень важна! С большим количеством обзоров и историй вы можете ознакомиться и в телеграм-канале. Спасибо!
Теперь во время вступления буду напоминать всех наших действующих лиц, чтобы не запутаться в этих именах. Красным отмечены их дебюты в нашем сериале.
В конце прошлой серии мы оставили вас на глобальной исторической развилке. На Севере у нас победившие Чарлорды, делящие Пекин, а на Юге — мятежные Сунь Ятсен, Чан Кайши и молодые коммунисты. Обычно в этом месте классические учебники истории бросают Север и начинают академично и нудно расписывать партийные съезды на Юге. Но мы так делать не будем.
Студентов, мятежников и советское золото мы пока оставим мариноваться для полного понимания будущих событий, а сегодня мы остаёмся на Севере! Впереди вас ждёт декадентский пик Эры Варлордов. И посмотрим, как они сожрут друг друга прямо перед тем, как в их двери постучится реальная угроза.
Но а пока Север задыхается в параноидальном ожидании новой бойни, на нашу шахматную доску с ноги вышибают дверь три совершенно новых отбитых игрока. Давайте познакомимся.
27. Сунь Чуаньфан.
«Хозяин Востока».
Для него леньги важнее идеологии. Пока остальные воюют за бедный Пекин ради статуса, он присматривается к китайскому Утёсу Кастерли (Шанхай) и строит свою армию. Принадлежит к Чжилийской клике.
28. Чжан Цзунчан.
Генерал «Собачье Мясо»
Двухметровый, неграмотный, невероятно жестокий дикарь. Содержит гарем, нанимает белогвардейцев с бронепоездами, пишет абсолютно всратые стихи и живёт одним днем на максимальных скоростях. В историю он вошёл как «Генерал трёх не знаю»: он понятия не имеет, сколько у него денег, солдат и наложниц. Чжан здесь, чтобы устроить кровавый рок-н-ролл. Принадлежит к Фэньтяньской клике.
29. Константин Нечаев.
Белый дьявол.
После падения династии Романовых верный короне сир Константин Нечаев бежал за Узкое море, отказавшись преклонить колено перед Узурпатором. В Эссосе этот суровый рыцарь без родины основал железный отряд наёмников, известный своей безжалостной дисциплиной и грозными колесницами. Местные Варлорды нанимали его для самых грязных войн, шёпотом называя седовласого генерала самим Демоном. Принадлежит к Фэньтяньской клике.
Эпоха Двух Стервятников 1920–1922.
Подписание Вашингтонского морского соглашения 6 февраля 1922 года.
Остатки уничтоженной аньхойской армии Дуаня Цижуя ещё не успели остыть в окопах под Пекином, а стервятники уже делят добычу. В столице за столом победителей остались только двое. Идеалист У Пэйфу и хитрый Чжан Цзолинь. Они пьют чай, делят таможни и учтиво улыбаются друг другу. Но под столом каждый уже снял свой маузер с предохранителя. Классический союз льва и гиены — они физически и идеологически не переваривали друг друга.
Для маньчжурского маршала Чжана Цзолиня Пекин был просто огромным легальным банкоматом. Ему было плевать на «высокие идеалы» и «объединение Китая». Он методично расставлял на ключевые посты в правительстве своих карманных, насквозь коррумпированных чиновников, чтобы те выкачивали из бюджета деньги для его личной армии.
Апогеем этой наглости стал конец 1921 года. Чжан Цзолинь буквально за руку привёл и посадил в кресло премьер-министра своего старого кореша Лян Шии — легендарного финансиста-казнокрада по прозвищу «Бог Богатства». Этот парень первым делом амнистировал всех осуждённых коррупционеров и начал переводить государственные налоговые сборы прямиком за Великую Китайскую стену, в карманы маньчжуров.
Но его самой главной задачей было разрулить проблему Шаньдуна во время Вашингтонской конференции. Дело в том, что Япония согласились вернуть Шаньдун (под давлением США), но встал вопрос о железной дороге в провинции. Япония сказала: «Мы отдадим дорогу, если вы еёу нас выкупите». У нищего пекинского правительства денег не было, разумеется. И тогда Лян Шии втайне договорился взять кредит на выкуп дороги... у самих же японцев! То есть Китай возвращал себе провинцию, но оставался в ещё более жёстких финансовых долгах перед Японией.
Лян Шии.
У Пэйфу наблюдал за этим балаганом со своей военной базы в Центральном Китае, и офигевал, ибо для него коррупция была личным оскорблением, а сама схема сродни предательству. Он, чья тактика разбила Дуань Цижуя, подчиняться маньчжурским ворам и мошенникам? «Нефритовый маршал» (такое прозвище он получил) запускает масштабную «Войну телеграмм», как в старые добрые.
У Пэйфу рассылает во все крупнейшие газеты открытые манифесты, в которых прямо называет нового премьер-министра вором, а маньчжуров — раковой опухолью на теле нации. Генерал ставит ультиматум: либо маньчжурское правительство уходит в отставку, либо он придет в Пекин и «вычистит эту грязь лично».
Провокация с назначением «Бога Богатства» сработала идеально. К апрелю 1922 года обе клики стянули к южным пригородам Пекина колоссальные силы — более 100 тысяч солдат с пулеметами, бронепоездами и тяжёлыми орудиями. Началась Первая Чжили-Фэнтяньская война.
Первая Чжили-Фэнтяньская война 1922.
Сгенерированная карта Китая на момент Первой Чжили-Фэнтяньской войны. Зелёные — Фэнтянь, Красные — Чжили.
Главная бои в этой войне развернулись на Восточном фронте (под Тяньцзинем) и на Западном фронте (под самим Пекином).
«Маньчжурский Тигр» Чжан Цзолинь был полностью уверен в своей победе. У него было больше людей, больше пушек и бездонный бюджет. Его генералы привыкли закидывать врага свинцом и давить массой. Вдобавок, Тигр заключил союз с самим... Сунь Ятсеном! План был идеальным, маньчжуры бьют с севера, а южане одновременно начинают свой марш, зажимая армию У Пэйфу в котёл. Только Сунь Ятсен, как оказалось, не придёт из-за своих разборок. Но психологическое давление сохранялось.
А какие преимущества были у Чжилийской клики с новым номинальным лидером Цао Кунем?Только У Пэйфу и непоколебимая воля его солдат. И в этой войне наш Нефритовый маршал вновь продемонстрирует своё тактическое превосходство. Пока маньчжурские командиры пили чай в штабных вагонах далеко в тылу, У Пэйфу сидел в передовых окопах под артобстрелом вместе со своими подчинёнными, тем самым поднимая боевой дух.
Цао Кунь. Боюсь, имён в этой части будет много, но для логики повествования они необходимы.
На главном, Западном направлении (район Чансиньдянь) У Пэйфу провернул гениальный маневр. Пока маньчжуры давили фронт, Нефритовый маршал отдал приказ своим центральным частям... отступать!
Маньчжурские командиры, радостно гикая, бросились в преследование, думая, что враг сломлён. Но это была ловушка. Как только огромная, неповоротливая армия Чжана Цзолиня втянулась в центр и растянула свои порядки, У Пэйфу захлопнул капкан. Скрытые резервы чжилийцев нанесли сокрушительный удар по обоим оголённым флангам маньчжуров.
Огромная маньчжурская машина оказалась в оперативном котле. Хвалёная северная кавалерия захлёбывалась в весенней грязи под перекрёстным огнем пулеметов. У Пэйфу методично разрезал армию врага на куски и уничтожал по частям.
Разгром был тотальным. Поняв, что фронт рухнул, гордый маньчжурский маршал бросил свою артиллерию, обозы и десятки тысяч солдат в плену. Чжан Цзолинь запрыгнул в свой личный бронепоезд и под покровом ночи позорно бежал на север, обратно за Великую Китайскую стену. Первая война закончилась абсолютным триумфом У Пэйфу.
После этой бойни судьбы двух стервятников разошлись кардинально. У Пэйфу проснулся звездой мирового масштаба. Западная пресса пела ему дифирамбы. Журнал TIME (на обложку которого он вскоре попадёт, как самый первый китаец!) называл его «китайским Кромвелем» и единственной надеждой на объединение нации. У Пэйфу стал неоспоримым властелином Центрального Китая.
Но с абсолютной властью, как это обычно бывает в нашем сериале, пришла и звёздная болезнь. Поверив в свою непогрешимость, он расслабился. У Пэйфу начал всё больше времени проводить за каллиграфией и чтением Конфуция, совершенно перестав следить за лояльностью своих цепных псов.
Обложка журнала TIME, 1924.
А что же Чжан Цзолинь? Вернувшись в свою столицу Шэньян, униженный, но не сломленный маньчжур официально объявил Маньчжурию независимым государством. Чжан Цзолинь усвоил кровавый урок — в современной войне одной массы недостаточно. Закрывшись за Великой стеной, он начал превращать свою территорию в индустриальную машину. Он нанял сотни европейских и японских инженеров, построил Мукденский арсенал, крупнейший оружейный завод в Азии. И самое главное — начал массово скупать во Франции новейшие самолёты-бомбардировщики Breguet, создавая первую на континенте настоящую военную авиаэскадрилью.
Breguet 19. Популярный бомбардировщик 1920-1930-х годов.
Варлорды взяли паузу. У Пэйфу почивал на лаврах, пока маньчжурский босс ковал тяжёлую сталь для реванша.
«Нефритовый театр» 1922–1924.
Дикий в бою и дикий в политике.
Разгромив маньчжуров, У Пэйфу въехал в Пекин как «спаситель Китая». Ему позарез нужна была легитимная витрина для западных инвесторов и послов. И ради этого Нефритовый маршал устроил в столице первоклассную политическую трагикомедию.
Сначала он вышвырнул из кабинета временного президента Чжоу Цзыци. Этот парень продержался в кресле девять дней — ровно столько, чтобы успеть стереть пыль с президентского стола. Настоящим кандидатом для красивой картинки был наш старый знакомый... Ли Юаньхун.
Чжоу Цзыци.
Тот самый усатый генерал-добряк, который после всех переворотов прошлых лет мирно курил сигары, занимался бизнесом и искренне наслаждался богатой пенсией в иностранной концессии. У Пэйфу буквально вытащил его за шкирку и во второй раз (формально третий) усадил в кресло главы государства. Для западной прессы это выглядело великолепно — законный лидер вернулся, парламент восстановлен, демократия спасена! Но под столом все понимали правду. Ли Юаньхун снова оказался заложником, удобной, улыбающейся ширмой, за которой У Пэйфу дергал за ниточки.
Лучше и не скажешь словами Ли Юаньхуна.
Но иллюзия законности продержалась недолго. На сцену вышел тот самый лидер Чжилийской клики Цао Кунь — старый, насквозь коррумпированный милитарист и номинальный босс У Пэйфу (в клике по старшинству передавалась власть, тем не менее У Пэйфу как истинный солдат уважал авторитет Цао). Дед посмотрел на этот кукольный театр и заявил: «Я устал быть просто генералом. Я хочу быть Президентом!».
Осенью 1923 года Цао Кунь выживает беднягу Ли Юаньхуна из столицы (тот снова в панике сбегает в Тяньцзинь), ставит временщика Гао Линвэя и устраивает самые позорные выборы в истории Китая. Он не стал заморачиваться с идеологией или сложными переворотами и просто купил парламент.
Гао Линвэй. Можете сразу забыть.
Ставка была открытой и фиксированной: 5000 серебряных долларов за один голос. Депутатам выписывали чеки прямо на заседании! Интересно, а сейчас так в современном мире делают?) Взбешённая пресса немедленно окрестила это сборище продажных чиновников «Парламентом свиней». И вот этот купленный с потрохами президент с небывалым пафосом принимает новую, «Первую Конституцию» (прошлая была Временной)! Она не стоила даже чернил, которыми была написана, но именно под ней Чжилийская клика оформила свою власть над Севером.
Пока наверху жирные «депутаты-свиньи» открыто торговали должностями, внизу пролилась настоящая кровь. И пролил её именно тот, кого пресса называла надеждой нации.
Буквально.
Железная дорога Пекин-Ханькоу, проходящая через важнейший узел Чжэнчжоу, была финансовой кровеносной системой империи У Пэйфу. Именно по ней решил ударить Ли Дачжао — один из основателей и глава северного бюро новорожденной Компартии. По его приказу молодые радикальные кадры проникли в среду железнодорожных рабочих, чьи условия труда напоминали рабские, и создали независимый профсоюз. В феврале 1923 года они объявляют масштабную забастовку, требуя базовых человеческих прав, и моментально парализуют движение военных и коммерческих эшелонов по всей Центральной равнине.
И в этот момент благородный У Пэйфу снимает маску и вместо переговоров с народом, за который он якобы сражался, Нефритовый маршал отправляет карательные войска. Безоружных забастовщиков хладнокровно расстреливают из пулемётов прямо на путях. Лидеров профсоюза привязывают к телеграфным столбам и рубят им головы на глазах у толпы. Эта расправа вошла в историю как «Бойня 7 февраля».
Мемориал для мученников, установленный на месте расправы.
Сказки закончились вместе с рабочими в Чжэнчжоу. Китай и западный мир увидели истинное лицо У Пэйфу — он оказался не спасителем, а таким же мясником, как и все остальные Варлорды. Империя Чжилийской клики выглядела несокрушимой, но внутри она уже сгнила, опираясь исключительно на штыки и страх.
Чудом избежавший ареста Ли Дачжао и генсек партии Чэнь Дусю сделали вывод, что философские диспуты, мирные забастовки и манифесты против пулемётов не работают. С Варлордами договориться невозможно. Именно эта бойня окончательно убедила Компартию и их кураторов из Советского Союза в необходимости отправиться на Юг к Сунь Ятсену.
Цзянсу-Чжэцзянская война 1924.
Сгенерированная карта Китая с расстановкой сил на юго-восточных провинциях перед войной.
Пока Нефритовый маршал У Пэйфу топил в крови забастовки на Севере, на Восточном побережье Китая пахло не порохом, а дорогим парфюмом, шампанским и огромными, неконтролируемыми деньгами. В центре этого великолепия сиял Шанхай — жемчужина Азии, главный порт страны, центр контрабанды, легальной торговли и бесконечных налоговых сборов.
Шанхай был абсолютным золотым рудником. И по странной иронии судьбы, этот рудник контролировал недобитый генерал из Аньхойской клики — Лу Юнсян. Он чудом усидел в соседней провинции Чжэцзян после разгрома 1920 года и всё это время тихо богател, заручившись военным союзом с маньчжурским боссом Чжаном Цзолинем.
Лу Юнсян.
Но Чжилийская клика, считавшая себя хозяевами страны, больше не могла смотреть, как такие активы уплывают мимо их кассы. Чжилийский губернатор Цзянсу Ци Сеюань решил вернуть Шанхай, который исторически принадлежал его провинции. Осенью 1924 года он объявляет Лу Юнсяну войну. Начинается Цзянсу-Чжэцзянская бойня — конфликт, который должен был стать лёгкой локальной разборкой, а превратился в детонатор для всего Китая.
Ци Сеюань. Ладно, этого можете ненадолго запомнить.
Поначалу хозяин Шанхая Лу Юнсян успешно отбивался от нападающих с севера. Но он не учёл одного — настоящая угроза пришла не с фронта, а со спины. Именно в этот момент из тени внезапно нападает Сунь Чуаньфан, который до этого момента тихонько сидел в южной провинции Фуцзянь, копил ресурсы и ждал своего шанса. Новая армия Суня просто размазала защитников и Лу Юнсян, бросив всё, бежал в Японию. Но Шанхай достался именно жадному губернатору Ци Сеюаню. Он въехал в город победителем, сел на таможенные потоки и, наверное, решил, что жизнь удалась.
А Сунь Чуаньфан в этот момент скромно забрал себе провинцию Чжэцзян. Никакого конфликта между ними тогда не было, они же оба формально числились в Чжилийской клике и просто распилили чужой бизнес пополам.
Лу хотя бы выжил.
Но тут карма бьет Ци Сеюаня по лицу кувалдой. Проблема Ци Сеюаня была в том, что его локальная войнушка за Шанхай спровоцировала Чжана Цзолиня начать Вторую Чжили-Фэнтяньскую войну на севере...
Вторая Чжили-Фэнтяньская война 1924.
Пекинский переворот 1924.
Когда осенью 1924 года телеграфные аппараты в Шэньяне выстучали новость о том, что чжилийцы атаковали Шанхай и свергли маньчжурского союзника, Чжан Цзолинь не расстроился, ведь сам враг сам дал ему идеальный casus belli («повод для войны»).
Два года он упорно готовился к реваншу и маньчжурская армия образца 1924 года больше не была неповоротливой ордой. Теперь Тигр докуривал сигару и готовился к атаке. Напротив него, развалившись на антикварном диване, сидел двухметровый шкаф в небрежно расстёгнутом мундире Чжан Цзунчан по прозвищу «Генерал Собачье Мясо». «У Пэйфу думает, что он самый умный стратег, — тихо произнес Цзолинь, стряхивая пепел на ковер. — Но в этот раз его ничего не спасёт».
Цзунчан громко рыгнул, запивая жареную свинину прямо из горла бутылкой французского коньяка: «Босс, я не знаю, сколько у меня жён. Я не знаю, сколько у меня денег в банке. И я, чёрт возьми, понятия не имею, сколько свинца нужно всадить в башку чжилийского солдата, чтобы она лопнула. Но мои русские парни на станции уже выпили всю Балтику-девятку. Если мы не дадим им кого-нибудь убить, они начнут стрелять друг в друга». Чжан Цзолинь с удовольствием указал на цель.
Плох тот рассказчик, кто не любит приукрашивать.) Главное знать меру и такт, разумеется.
Впервые в истории китайских войн в небо поднялись эскадрильи. Пилотируемые иностранными наёмниками, они могли нести смерть с воздуха, к чему войска южан были абсолютно не готовы. Но главным козырем маньчжуров стала их ударная сила на земле с Чжан Цзунчаном и...Константином Нечаевым.
После поражения в гражданской войне в России тысячи суровых, потерявших родину и отчаявшихся белогвардейцев бежали в Маньчжурию. Чжан Цзунчан, ни секунды не сомневаясь, взял их на зарплату. Он сформировал из русских ветеранов элитный спецназ, разросшийся до 65-й Шаньдунской дивизии с лязгающими сталью тяжёлыми бронепоездами, ощетинившимися десятками пулемётов «Максим» и трехдюймовыми орудиями. Русская бригада не понимала по-китайски, зато прекрасно знали язык артиллерийских дуэлей и штыковых атак.
Русская бригада в составе войск Чжан Цзолиня.
На стальной броне, свесив ноги в тяжёлых сапогах, сидел мрачный полковник Нечаев, протиравший промасленную ленту пулемёта «Максим». Цзунчан остановился и швырнул Нечаеву под ноги тяжёлый мешок, который лопнул, и сотни серебряных долларов со звоном рассыпались по перрону: «Скажи Костяну, — прорычал Цзунчан переводчику, не сводя глаз с наёмника, — что за каждую чжилийскую голову, которую он принесёт мне на капот этого поезда, он получит ещё один такой мешок. Я хочу, чтобы рельсы до самого Пекина были красными». Переводчик заикаясь перевёл.
Место, где Великая Китайская стена спускается с гор и упирается в холодные волны Жёлтого моря, называется Шаньхайгуань («первый проход под Небесами»). Осенью 1924 года эти древние камни стали свидетелями современной войны. У Пэйфу прибыл на Восточный фронт в полной уверенности, что это будет ремейк его триумфа двухлетней давности. Он собирался втянуть маньчжуров вглубь, растянуть их линии и изящно отрезать фланги. Но тактика Нефритового маршала была подорвана техникой маньчжуров. Ловушки не работают, когда на тебя набрасываются и на земле и с воздуха.
Наступление Севера началось с того, что небо разорвал гул авиадвигателей. Французские бомбардировщики Breguet, вынырнув из-за облаков, начали методично превращать окопы чжилийцев в лунные кратеры. А затем по рельсам ударили бронепоезда.
Чжан Цзунчан бросил своих русских наёмников в лобовую атаку. Тяжёлые стальные составы буквально въезжали на передовую. В амбразурах вагонов не стихал треск «Максимов», выкашивающих пехоту южан целыми ротами. Белогвардейский полковник Нечаев подгоняли поезда вплотную к позициям У Пэйфу, открывали шквальный артиллерийский огонь в упор, а затем выскакивали из вагонов в штыковую, забрасывая окопы гранатами.
Схема битвы при Шаньхайгуане.
Казалось, фронт должен рухнуть в первые же дни. Любой другой генерал Эры Варлордов давно бы прыгнул в личный вагон и дал дёру. Любой, но не У Пэйфу. В этом кровавом месиве Нефритовый маршал вспомнил, почему его когда-то считали лучшим полководцем Азии. Он снял свой шёлковый халат, надел пыльный офицерский френч и перенёс ставку на самую передовую!
В один из дней тяжёлый маньчжурский снаряд разорвался всего в тридцати метрах от его командного бункера. Ударная волна выбила стёкла, с потолка на стол с картами рухнул кусок штукатурки. Штабные офицеры в панике попадали на пол, а У Пэйфу даже не моргнул. Он медленно отряхнул пыль с рукава, сделал глоток остывшего чая из фарфоровой пиалы и тихо произнес: «Передайте артиллерии: поднять прицел на два градуса. И расстрелять любого командира батальона, который отступит хотя бы на шаг.»
У Пэйфу лично выезжал на коне к отступающим частям под шквальным огнём, разворачивал их и гнал обратно в контратаки. Его присутствие работало как магия. Видя, что главнокомандующий делит с ними окопную грязь и не кланяется пулям, чжилийские солдаты вгрызались в землю насмерть.
Образцовый генерал и солдат.
Благодаря подвигу У Пэйфу битва стала позиционная. Узкий проход у Великой стены был завален тысячами трупов, которые некому было убирать. Русские наёмники несли огромные потери от пулемётного огня южан. Бронепоезда сходили с рельсов на подорванных путях, превращаясь в дымящиеся стальные гробы. Авиация маньчжуров задыхалась от нехватки топлива.
Маньчжурский каток, сожравший миллионы долларов, забуксовал в крови и грязи Шаньхайгуаня. У Пэйфу, нечеловеческим усилием воли и тысячами жизней своих солдат, остановил армию Чжана Цзолиня.
К концу октября Нефритовый маршал запросил из Пекина последние резервы. Он готовился нанести решающий контрудар и снова скинуть маньчжуров за Великую стену. Но У Пэйфу не знал только одного...
Район Великой Китайской стены в Шаньхайгуань.
Пока У Пэйфудержал фронт на востоке, на Западном фронте в горах Жэхэ стояла звенящая тишина. Никаких штыковых атак, никаких падающих с неба французских бомб. Оборону этих горных перевалов У Пэйфу доверил Фэн Юйсяну. Нефритовый маршал считал его недалёким, но исполнительным фанатиком.
И это была его главная, фатальная ошибка. Под потёртой солдатской шинелью и Библией скрывался циничный человек, который ненавидел Нефритового маршала за то, что тот годами держал относился к нему как к прислуге и не поощрял ничем.
Агенты Чжана Цзолиня и японской разведки вышли на Фэна в горах перед тем, как атаковать Западный фронт. Открыли перед ним чемоданы с миллионами иен и серебряных долларов и на крайняк произнесли «Аллилуйя». Христианский генерал вознёс молитву, сказал «Аминь»... и взял деньги.
В ночь на 23 октября 1924 года Фэн Юйсян отдал приказ, который перевернул историю Китая. Вместо того чтобы идти на помощь У Пэйфу, его армия развернулась на 180 градусов. Форсированным маршем, в полном радиомолчании, они ринулись обратно к столице. По пути солдаты Фэна методично перерезали телеграфные провода.
Пекин ничего не подозревал. Утром столичные жители проснулись и обнаружили, что город без единого выстрела захвачен войсками, поющими «Богородице Дево, радуйся». Фэн Юйсян ворвался в президентский дворец и арестовал Цао Куня, того самого коррумпированного президента, купившего должность. Купленный «Парламент свиней» разбежался по иностранным концессиям со скоростью тараканов, спасая свои чеки. Вся политическая надстройка Чжилийской клики была уничтожена за пару часов. Но Христианскому генералу этого было мало. Он решил устроить генеральную уборку.
Тяжела доля «Последнего императора».
Фэн Юйсян ненавидел старую монархию. Тот факт, что в самом центре Республики до сих пор сидит свергнутый император, пусть и номинальный, выводил его из себя. И 5 ноября его солдаты выбили ворота Запретного города. Вооружённые винтовками повстанцы ворвались в покои, где мирно завтракал восемнадцатилетний Пу И а ведь ещё недавно ему было 2 года, быстро течёт время. Офицер Фэна положил на стол перед императором бумагу и дал ему ровно три часа, чтобы собрать вещи.
Последнего императора Китая, чья династия правила страной триста лет, просто вышвырнули на улицу Пекина как задолжавшего арендатора, прихватившего с собой пару чемоданов с любимыми книгами и теннисными ракетками. Именно после этого унижения Пу И впадёт в депрессию и окончательно попадёт в лапы японской разведки, но это уже другая история...
Терпение, терпение.
На восточном фланге У Пэйфу, только что отбивший очередную атаку маньчжурских бронепоездов, подошёл к замолчавшему телеграфному аппарату. Связи со столицей не было. Когда до него наконец дошли донесения от бежавших разведчиков, Нефритовый маршал побледнел и оказался в смертельном котле. С фронта на него давили стальные монстры Чжана Цзунчана и воинственные «нечаевцы». А в тылу, перерезав линии снабжения, стояла свежая, отлично вооружённая на маньчжурские деньги армия предателя Фэна.
Нефритовый маршал попытался совершить невозможное. Он снял часть войск с передовой и бросил их на юг, в сторону Тяньцзиня, надеясь пробить коридор и выбить Фэна из столицы. Но боевой дух армии, державшейся исключительно на его авторитете, был сломлен. Солдаты поняли, что их правительство арестовано, жалованья не будет, а тыла больше не существует. Организованное отступление мгновенно превратилось в паническое бегство.
Узнав, что фронт дрогнул, Чжан Цзолинь приказал своим генералам добивать бегущих. Бронепоезда на полном ходу ворвались в бреши обороны, расстреливая отступающие колонны чжилийцев из пулеметов. На дорогах к Тяньцзиню образовалась кровавая каша из брошенных орудий, повозок и десятков тысяч пленных. Нефритовая империя рухнула.
В начале ноября 1924 года в порту Тангу (недалеко от Тяньцзиня) царил хаос. К причалу был пришвартован военный транспортный корабль. По трапу, оглядываясь на дымящийся горизонт, поднимались жалкие остатки чжилийской армии. У Пэйфу взошёл на борт одним из последних. Всего два года назад он въезжал в Пекин как триумфатор, хозяин Китая и спаситель Конституции, чьё лицо украшало обложку журнала Time. Теперь он был беглецом. У него осталась пара тысяч оборванных, изможденных солдат.
Корабль дал гудок и медленно отвалил от пирса, увозя Нефритового маршала на юг, к реке Янцзы, где он надеялся зализать раны у своих лояльных вассалов (включая Сунь Чуаньфана).
А в это время в Пекине праздновали победители. Маньчжурский владыка Чжан Цзолинь приехал в столицу и пожал руку Фэн Юйсяну. Эти двое, представляли разные миры. Суровый бандит и религиозный фанатик теперь делили Северный Китай пополам.
Но им, как и У Пэйфу когда-то, нужна была «легитимная ширма» для западных послов. Президент-свинья сидел в тюрьме, император был вышвырнут на улицу. Кого же посадить в кресло? И тогда они вспомнили про старого, недобитого деда.
Они отправили посланников в Тяньцзинь и вытащили из затяжного изгнания... Дуань Цижуя! Бывшего лидера Аньхойской клики! А пока проходили выборы, поставили туда Хуан Фу. Старик допил свой чай, убрал доску для игры в го, отряхнул халат и приехал в Пекин. Победители торжественно назначили его «Временным Главным Исполнителем» Китайской Республики.
Хуан Фу.
Политическая карусель варлордов совершила полный абсурдный оборот! Новое, ещё более хрупкое и опасное равновесие установилось на Севере. И все понимали, что союз Маньчжурского Тигра и Иуды не продержится и пары лет.
Продолжение следует...
Честно говоря, в эту часть я хотел внести все события Севера и Востока до 1927 года, но материал и так получился очень объёмным и заодно интересным для написания, и поэтому о них мы расскажем в следующей части. И затем наконец-то вернёмся к южанам. Как вам такая развилка?
Запись организовал в 1890 году Юлий Иванович Блок — меломан и энтузиаст ранней звукозаписи, который в 1889 году первым привез в Россию фонограф Эдисона. Изначально идея заключалась в том, чтобы записать на фонограф игру великого пианиста Антона Рубинштейна, однако тот наотрез отказался записываться. Тогда присутствующие, среди которых был и Петр Ильич Чайковский, просто начали баловаться с аппаратом, записывая все, что придет в голову. На записи слышно, что участники не теряют надежды усадить Рубинштейна за фортепиано.
В компанию, столпившуюся у фонографа, входили: солистка Большого театра Елизавета Лавровская, пианист, композитор, основатель и первый директор Петербургской консерватории Антон Рубинштейн, пианист и дирижер, директор Московской консерватории Василий Сафонов и пианистка Александра Губерт.
Расшифровка записи:
«Е. Лавровская: Противный Кузьмин! Как он смеет называть меня коварной! (Кто-то из присутствующих поет.)
П. Чайковский: Эта трель могла бы быть лучше!
Е. Лавровская: (Поет.)
П. Чайковский: Блок молодец! А Эдисон — еще лучше!
Е. Лавровская: (Кукует.)
В. Сафонов: Peter Jürgenson in Moskau! «П. Юргенсон» — музыкальное издательство, открытое в Москве в 1861 году.
П. Чайковский: Кто сейчас говорил? Кажется, голос Сафонова! (Свистит.)
Е. Лавровская (Рубинштейну): Антон Григорьевич, сыграйте что-нибудь! Увековечьтесь. Пожалуйста… Несколько аккордов… Пожалуйста, Антон Григорьевич, сыграйте!
А. Губерт: Lassen sie sich erweichen!(Поддайтесь!) А скорушко все устроится!
В. Сафонов: Ну, маленький, ну, пару аккордов!
А. Рубинштейн: […] Да, это дивная вещь!
Ю. Блок: Наконец-то!»
Вот как описывал обстоятельства записи будущий музыкальный критик Леонид Сабанеев (ему в тот момент было 11 лет):
«Это происходило в 1893 году Сабанеев ошибается: сам Ю. И. Блок в воспоминаниях указывает, что встреча проходила в 1890 году. Незадолго перед этим в Соединенных Штатах Эдисон изобрел инструмент, ставший ныне чем-то вполне заурядным и обыкновенным, — фонограф. Тогда же это был предмет удивления и даже порой и суеверия. В Москве — на Кузнецком Мосту — в те времена был магазин велосипедов, пишущих машинок (которые тоже только тогда начали появляться) и иных подобных приборов. Владельцем его был Юлий Иванович Блок — не имевший никакого отношения к тогда еще неизвестному поэту Блоку, но имевший отношение к московскому музыкальному миру: он был большой меломан, постоянный посетитель симфонических концертов, где у него были постоянные места рядом с С. И. Танеевым и графиней Софьей Андреевной Толстой…
Вот раз к нам является Танеев, как всегда „по-московски“ неожиданно, без всяких предупреждений (в те времена в Москве было так принято почти повсюду) и в сопровождении целой ватаги очень почтенных людей. Тут были, помимо его самого, три брата Чайковские: Петр Ильич, композитор, Анатолий Ильич, губернатор (где — не помню), Модест Ильич, либреттист. Кроме того, был еще мой коллега — по классу Танеева — Юша Померанцев (впоследствии дирижер, умер в Ницце в 1933 году) и Юл. Ив. Блок. Вся эта публика ворвалась к нам, чтобы забрать меня и моего брата (мне одиннадцать лет, брату двенадцать), чтобы услышать фонограф, который был получен Блоком из Америки и находился у него в его магазине на Кузнецком.
Фонограф этот был получен примерно за три недели до этого(На самом деле в 1889 году). Блок успел в нем зарегистрировать такие вещи: 1) голос Льва Николаевича Толстого, 2) исполнение профессором Пабстом вальса из „Спящей красавицы“ Чайковского в собственной транскрипции Пабста, 3) только что сочиненное трио Аренского в исполнении композитора и проф. Гржимали и фон Глена, 4) голос Ант. Рубинштейна, который был проездом в Москве. Играть перед фонографом он почему-то отказался.
Магазин Блока, как я сказал, помещался на Кузнецком Мосту, наша квартира — на Большой Дмитровке, против дирекции императорских театров. Ходьбы было несколько минут. И вот вся ватага: трое отроков (я, брат и Померанцев) и пятеро почтенных лиц (в том числе одна личность даже гениальная) — зашагали вверх по Кузнецкому. Ю. И. Блок был страстным любителем музыки, очень культурным человеком (у него была редкая коллекция портретов знаменитых музыкантов). Он был дружен со знаменитым дирижером Никишем, числился приятелем П. И. Чайковского, для любителя очень недурно разбирался в музыке и даже сам был немного пианистом.
Когда мы поднялись на второй этаж магазина, где помещалось бюро
Ю. Блока, то первое, что бросилось мне в глаза, была большая гипсовая статуя П. И. Чайковского в сидячей задумчивой позе. Я тогда не очень интересовался подобными вещами и так и не знаю, кто ее лепил и почему она была у Блока в его деловом кабинете. Но помню, что П. И. Чайковский, посмотрев на нее, сказал с усмешкой: „Вот я еще не помер, а памятник уже готов“. Он умер осенью того же года. Предчувствие? Думаю, что нет — просто обычная шутка, к которым все наши музыканты были очень склонны с легкой руки братьев Рубинштейнов.
Потом приступили к самой демонстрации нового изобретения. Это была, естественно, самая первобытная, начальная, допотопная форма фонографа. С валиком из воска, с наушниками для слушания. Наушники имели три разветвления, так что могли слушать только трое, потому соблюдалась очередь. Сначала слушали братья Чайковские, потом Танеев с Блоком, потом три отрока, я в том числе. Как теперь вспоминаю, это была очень несовершенная репродукция. И тембры были искажены, и масса призвуков мешала впечатлению, не говоря уже о художественном эффекте. Но поскольку это все было в полном смысле слова „неслыханно“, все были в полнейшем восторге. Помню репродукцию голоса Толстого. Так как голос его я очень хорошо знал, то мог судить о том, насколько он был искажен в передаче. В общем было непохоже, и притом примешивался какой-то странный акцент, которого у живого Толстого не было. Музыка передавалась лучше, но басовые звуки почти вовсе не были слышны. Лучшее впечатление произвела парафраза в исполнении Пабста. А совсем жалкое впечатление осталось от нескольких слов Ант. Рубинштейна — видимо, совершенно случайных: это было что-то вроде приветствия по случаю такого изобретения.
Потом, усевшись кружком, начали обсуждать шансы нового изобретения и возможные его перспективы. Танеев, как помню, был скептически настроен и выразил мнение, что это изобретение для искусства не имеет никакого значения и что надо ждать усовершенствований. Чайковский, напротив, был настроен скорее радостно и оптимистически — выражал надежду, что этот фонограф может быть хорошим подспорьем при изучении музыки. В общем, все сходились на том, что это — занятная игрушка, но не более. Мне кажется, что тут был в известной степени повинен авторитет Толстого. В разговоре Танеев упомянул, что Лев Николаевич ему говорил о своих впечатлениях от фонографа именно в таких выражениях, что это „забавная игрушка для богатых детей“. Это авторитетное мнение, очевидно, и обусловило общее впечатление. Интересно, что никто и подумать в то время не мог, какое распространение эта „игрушка“ получит в музыкальном мире.
Потом хозяин предложил сделать запись голосов присутствующих. Чайковский замахал руками: „Нет! Чтобы еще мой голос увековечивать — этого еще не хватало!“ Танеев — из интереса, любопытства и так как он вообще любил всякие шутки — согласился. И когда после этого пустили валик, наговоренный С. И., и он сам слушал „свой собственный голос“, он начал дико хохотать.
— Неужели в самом деле у меня такой противный голос! Кончится тем, что я наложу на себя обет молчания. Такая гадость!
— Это может быть полезно для актеров, — сказал Мод. Чайковский. — Они могут таким образом контролировать свои недостатки.
— Но я-то не актер, — возразил Танеев. — Непременно, Юлий Иванович, уничтожьте этот валик, чтобы даже самые отдаленные потомки не слышали моего противного голоса.
— Лев Николаевич тоже остался своим голосом недоволен, — сказал Юлий Иванович. — Он говорил мне, что никак не ожидал, что у него такой глухой и стариковский и вдобавок еще злой голос. Вот, говорит, прослушал и теперь знаю, что я — старик, да еще и злой старик.
Все эти разговоры старших запечатлелись в моей отроческой памяти. Я так ясно до сих пор вижу перед собой их всех и слышу их голоса, сохранившиеся на фонографе моей звуковой памяти едва ли не лучше и не прочнее, чем на каком-либо диске или валике. Кстати, у П. И. Чайковского голос был сиповатый, надтреснутый, отнюдь не салонный. Может быть, потому он, всегда застенчивый, и не хотел „запечатлеваться“. А у Танеева был голос высокий, как бы плачущий, а смеялся он оглушительно, икающим хохотом, который знала вся музыкальная Москва и который не любил Л. Н. Толстой, говоривший, что это распущенность — так смеяться».
Леонид Сабанеев. «Воспоминания о России»
После Первой мировой войны богатую коллекцию фонографических записей Блока разделили на три части и отправили в Берлин, Варшаву и Берн. Вальтер Блок, сын Юлия Блока, в воспоминаниях писал, что берлинская и варшавская части коллекции были уничтожены во время бомбежек Второй мировой, бернская же сохранилась. Впоследствии следы швейцарского собрания также затерялись, зато неожиданно обнаружилась коллекция берлинская: она была вывезена после окончания Второй мировой войны в СССР из Берлинского фонограммархива и оказалась в собрании Пушкинского Дома (фонограммархива Института русской литературы). Валик с голосом Чайковского был обнаружен только в 1997 году. Подробно про обстоятельства его обнаружения можно прочитать здесь.
SS Waratah, флагманский пароход британской компании Blue Anchor Line, был олицетворением технического прогресса своего времени. Построенный в 1908 году на верфи Barklaya Curle & Co в Шотландии, этот пароход длиной 141 метр и водоизмещением 16 000 тонн предназначался для комфортных рейсов между Европой и Австралией. Он перевозил эмигрантов на юг и возвращался с грузами, включая 1000 тонн замороженных продуктов и свинцового концентрата. Пассажиры первого класса (а их кают было ровно сто) могли наслаждаться салонами, украшенными изображениями австралийского цветка вартахи ( отсюда и название корабля), и системой опреснения, способной производить 25 000 литров пресной воды в сутки. Однако у данного парохода был критический недостаток - отсутствие радиостанции, что впоследствии сыграло роковую роль.
Последний рейс
Свой последний рейс Waratah начал 27 апреля 1909 года из Лондона под командованием опытнейшего капитана Джошуа Илбери, чей морской стаж насчитывал три десятилетия. Путь в Австралию прошел благополучно, и 1 июля судно отправилось в обратный путь из Мельбурна. Роковым стал заход в южноафриканский порт Дурбан 26 июля. Перед отплытием капитан Илбери выразил обеспокоенность необычной перегрузкой судна – грузовые люки возвышались слишком высоко, и был заметен крен. Эти опасения разделил не только капитан. Один из пассажиров, Клод Сойер, был охвачен мрачными предчувствиями: три ночи подряд ему снился кровавый призрак без лица. Убежденный в дурном предзнаменовании, Сойер в спешке покинул корабль прямо в Дурбане.
27 июля 1909 года Waratah, имея на борту 211 человек и 6500 тонн груза, включая опасный свинцовый концентрат, вышел из Дурбана в направлении Кейптауна. Вечером того же дня его в последний раз наблюдали с борта проходящего судна Clan McIntyre. Капитан Clan McIntyre позже сообщил тревожные детали: Waratah боролся с нарастающим штормом, его корма казалась перегруженной, а огни неестественно низко опустились к воде. В ответ на сигнальные запросы Clan McIntyre пароход лишь помахал флагами, а связаться с пароходом по радио не было возможности, ввиду отсутствия ралиостанции на Waratah.
Возможные причины исчезновение
29 июля Waratah не прибыл в Кейптаун. Начались беспрецедентные по масштабу поиски с привлечением кораблей Королевского флота, длившиеся более года. Результат был шокирующим и загадочным: не было найдено ни единого обломка, ни одного тела, ни одной спасательной шлюпки из 17 имевшихся на борту (способных вместить до 800 человек), ни спасательных кругов или жилетов. Это полное отсутствие следов стало главной загадкой трагедии, породившей множество теорий. Одна из них говорит о волне-убийце - аномально высокой одиночной волне, характерной для южноафриканского побережья, которая могла перевернуть судно за секунды, мгновенно залив его отсеки и объясняя отсутствие обломков. Другая теория винит опасный груз: 1000 тонн свинцового концентрата, намокнув во время шторма, могли превратиться в подвижную массу; их резкое смещение способно было опрокинуть судно быстрее, чем экипаж успел бы среагировать. Выдвигалась и версия о возможном взрыве угольной пыли в трюмах, что могло привести к катастрофическому пожару или разрушению корпуса. Наконец, некоторые современники указывали на возможные конструктивные недостатки судна, в частности, недостаточную метацентрическую высоту, делавшую Waratah излишне валким в шторм, хотя судоходная компания отвергала эти обвинения, ссылаясь на успешный первый рейс.
Последствия
Официальное расследование, проведенное комиссией Адмиралтейства в 1910-1911 годах, тщательно изучив чертежи и опросив свидетелей, не смогло дать окончательного ответа и корабль признали «без вести пропавшим». В 1958 году появилась новая зацепка полученная от капитана рыболовного судна Ноя Кларка. Его эхолот зафиксировал крупный объект на дне у устья реки Умзимвубу. Поднятый со дна ржавый лист обшивки эксперты фирмы-строителя идентифицировали как металл, использовавшийся на судах типа Waratah до Первой мировой войны. Однако последующие экспедиции, включая масштабную в 2001 году, не смогли подтвердить, что найденный объект - это Waratah. Мощные течения и опасное соседство акул делают исследования в этом районе крайне сложными и рискованными.
Так что исчезновение данного корабля породило множество вопросов, а ответов на них до сих пор практически нет. Но кто знает, может в ближайшем будущем тайна исчезновения все же будет раскрыта.
P.S Подписывайтесь, чтобы всегда быть в курсе интересных обзоров и событий. Ваша поддержка очень важна! С большим количеством обзоров и историй вы можете ознакомиться и в телеграм-канале. Спасибо!
Как я упоминал ранее в 1 и 2 частях, декабрь 1907 года стал самым смертоносным в истории шахтёрского дела США. Но, несмотря на ужасающие последствия аварий на шахтах Дарр и Наоми, эти события не смогли сравниться с сегодняшним происшествием, считающимся самой страшной катастрофой в истории горнодобывающей промышленности Северной Америки.
Если мерить нашими величинами, то Манонг это даже не райцентр. Так, средней руки село.
Шахта Мононг, о которой сегодня пойдёт речь, была окрещена в честь одноимённого поселения, расположенного в округе Мэрион штата Западная Вирджиния. Название этого дивного местечка с населением в 900 человек происходит от индейского слова «Мехменавунгихилла», которое переводится, как «Высокий берег, который постоянно размывается и поэтому обрушивается». Очень поэтично, не находите?
Как видите, от Питтсбурга рукой подать, считай соседние волости
Впрочем, всё коренное население на этих землях было загнано железным сапогом прямиком в счастье ещё в начале 18 века, в ходе «Бобровых войн», а центром притяжения шахтёров они стали лишь в конце 19 столетия. Но это уже совсем другая история. Нас же интересует, что эти райские угодья издревле прокляты тем, что были очень велики и обильны. Поначалу пушниной, а потом, как выяснилось с годами, ещё и углём.
Питтсбургский угольный пласт был одной из крупнейших битуминозных жил в стране, покрывающей север Западной Вирджинии и юго-запад Пенсильвании. Растущий спрос на уголь, в свою очередь, вызвал потребность в рабочей силе иммигрантов. Только в 1907 году в Соединенные Штаты въехало более 1,5 миллионов работников, многие тысячи из которых продолжили жить и трудиться в шахтерских городах Западной Вирджинии и Западной Пенсильвании.
А вот как это место выглядело 120 лет назад
Шахты, о которых мы сегодня поговорим, имевшие порядковые номера 6 и 8, представляли собой наклонные выработки, расположенные примерно в 2 километрах друг от друга, и соединённые между собой длинной перемычкой. Теоретически, каждая из них вентилировалась раздельно, при помощи специального вентилятора, но по факту основной приток воздуха осуществлялся через главный вход номер 8.
Для взрывных работ в шахтах использовался чёрный порох, но, в целях экономии, квалифицированных подрывников компания не нанимала – справлялись силами опытных работяг. Достоверно известно, что все сотрудники пользовались нашими любимыми открытыми лампами, о которых мы немного поговорили в прошлой части, а дабы увлажнять откаточные пути и прибивать угольную пыль, использовали обычные вагонетки с водой.
Обратите внимание на каски этих парней
Ну и конечно же на обеих шахтах постоянно фиксировались опасные выбросы газа, после которых ответственные сотрудники прекращали свою бурную деятельность, ожидая, когда рабочее место будет должным образом проветрено (нет). В общем, немного погрузившись в бытовые условия шахтёров начала 20 века, можно сделать вывод, что дела тут обстояли плюс минус как и на всех других месторождениях.
Семья одного из шахтёров, иммигрировавших из Восточной Европы
Официально в обеих шахтах работало 420 человек, но по факту их было куда больше. Шахтёрам сдельно платили за выполненный объём работы, а потому многие из них привлекали к тяжёлому труду своих родственников и знакомых. А детей, коих тут было очень немало, вовсе зачастую оформляли задним числом. Например, юного Фиоранджело Ди Сальво.
Фиоранджело Ди Сальво
История этого парнишки вовсе не уникальна. Он родился в городе Дурония региона Молизе, что в центральной Италии. Согласно спискам пассажиров, прибывших на остров Эллис, десятилетний Ди Сальво отплыл из Неаполя 26 января 1906 года на пароходе «Ломбардия» и прибыл в Нью-Йоркскую гавань 8 февраля. Пройдя медицинский осмотр, он отправился в Кларксберг, штат Западная Виргиния, к своему двоюродному брату, который уже жил там. Как и многие его соотечественники, Ди Сальво устроился на работу шахтёром и к декабрю 1907 года работал на шахте.
Пятничное утро 6 декабря 1907 года обещало стать типичным рабочим днём для всей многонациональной бригады работников, спустившихся в забой шахт Мононг. Но их планам не было суждено исполниться, потому что в 10:28 на выработке номер 8 произошла детонация газа, сопровождаемая таким страшным грохотом, что его было слышно на расстоянии 13 километров. Чудовищная взрывная волна разрушила вентилятор, уничтожила вагонетки и полностью обрушила свод шахты, заблокировав основной вход.
Выход номер 8
Примерно в то же самое время состав из вагонеток, гружёных углём, поднимался наверх из шахты номер 6. Эксперты так и не смогли назвать причину того, что произошло далее, но сразу после детонации газа, вагонетки устремились вниз по склону, сминая всех и вся на своём пути, попутно обрывая электрические провода, разрушив вентилятор, и по итогу завалив ствол шахты.
И если вам показалось, что всё уже не может быть хуже, то как бы не так, потому что оборванные провода начали искрить, а отсутствие вентиляции вызвало повышение концентрации газа, что так же привело к детонации, на этот раз уже во второй шахте.
По итогу, буквально спустя 10 минут после случившегося, заблокированными в двух выработках, без нормальной подачи кислорода из-за накрывшейся системы вентиляции, дезориентированными от поднявшейся стены пыли, ядовитого газа и высокой температуры, оказались 367 работников – 366 шахтёров и один страховой агент, пожелавший тем утром спуститься вниз, дабы оценить условия их работы.
Первая группа добровольцев отправилась на спасение тех, кто ещё мог остаться в живых, уже в 11 часов, но из-за того, что обе шахты фактически не вентилировались, находиться внутри больше 15 минут было попросту невозможно. Сперва спасательные бригады восстановили вентилятор в шахте номер 6, а после соорудили перемычки для подачи воздуха. Далее были обнаружены и потушены водой три очага возгорания, но вскоре стало понятно, что все шахтёры, находившиеся внутри, погибли.
Место захоронения погибших шахтёров
Несмотря на то, что все шахтёры работали бок о бок, их тела разделили на группы и захоронили в соответствии с происхождением и конфессией. Число погибших в разбивке по национальностям было следующим: итальянцы – 171, американцы – 74, венгры – 52, русские – 31, австрийцы – 15, афроамериканцы – 11 (это не стёб какой, в историческом источнике дословно так и написано). Тех же, чьё происхождение было неизвестно (8 человек), похоронили отдельно от всех.
По результатам произошедшего, 415 детей остались сиротами, а 216 женщин вдовами. Всего же, если объединить трагедии из нашей небольшой трилогии, получилось, что в период с 1 по 19 декабря 1907 года в США только официально погибло 636 шахтёров, некоторым из которых не было и 13 лет. Всё это не могло пройти мимо глаз обычных людей, подняв волну народного гнева.
Во многом благодаря этому в 1910 году Конгресс создал Горное бюро США, призванное проводить проверки шахт для снижения количества инцидентов и сокращения нерационального использования человеческих и природных ресурсов. Кроме того, Горное бюро стало централизовано назначать территориальных инспекторов, которые обучали шахтерские бригады, руководили поисковыми и спасательными работами, а также занимались расследованием причин происходящих ЧП.
За 89 лет существования Бюро, число погибших шахтёров сократилось на 97 процентов. В сентябре 1995 года Конгресс проголосовал за его закрытие и передачу некоторых функций другим федеральным агентствам. Процесс завершили лишь в 1996 году.
В прошлый раз некоторые из Вас спрашивали меня по поводу того, какая помощь была оказана семьям погибших. Отвечаю –когда эта история стала достоянием общественности, промышленник и филантроп Эндрю Карнеги учредил Фонд помощи героям, начав оказывать поддержку пострадавшим. Плюс Красный Крест отправил на место своего представителя, дабы оценить масштабы бедствия и помочь безутешным вдовам справиться с утратой.
Что до владельцев месторождения, то даже после того, как было установлено, что вентилирование шахты через один вход – крайне паршивая затея, компания «Fairmont Coal» решила поступить по принципу главного героя старого отечественного мультфильма. «И так сойдёт». Да, буквально, просто расчистили шахту, набрали новую команду и продолжили добычу, ничего не модернизируя.
«Героиня Мононга»
Сейчас об этой страшной трагедии, помимо разрозненных статей в газетах, напоминает лишь памятник «Героиня Мононга» – статуя, посвященная вдовам шахтеров, установленная на центральной площади города. Скорбное, одинокое изваяние, призванное увековечить подвиг самоотверженных шахтёров в веках, стало символом того, к чему приводит человеческая жадность, глупость и игнорирование правил техники безопасности. Небольшого набора прописных истин, начертанных кровью невиновных людей.
Такие дела
Ещё больше контента вы сможете найти в моём ТГ канале. Там нет никакой рекламы, зато есть живое общение с автором, адекватные собеседники и возможность влиять на то, какие статьи будут выходить раньше остальных. Буду рад всем, кто поможет мне достичь новой цели в 5 тысяч подписчиков.
Это было очень трудное время. И мы — семья. И мы всегда будем семьей. И мы переживем это время и, надеюсь, станем еще крепче. Анджелина Джоли и Брэд Питт создали одну из самых фотографируемых семей в Голливуде. Шестеро детей, которые выросли на красных дорожках, в зонах боевых действий вместе с матерью, а в конце концов и вовсе вдали от камер.
Теперь, когда самому младшему из шестерых исполнилось 18, все они являются совершеннолетними. И впервые они могут сами определять свою жизнь. Так где же сейчас Мэддокс, Пакс, Захара, Шайло, Нокс и Вивиан? И что на самом деле случилось с этой некогда идеальной семьей? Давайте узнаем вместе.
Мэддокс и Захара: от истории усыновления до самостоятельной жизни Мэддокс Чиван стал первым ребенком, принятым в семью. Его усыновили из приюта в Камбодже в 2002 году, когда Анджелина Джоли еще была матерью-одиночкой и работала послом доброй воли Управления Верховного комиссара ООН по делам беженцев. Он рос, путешествуя по миру вместе с матерью, задолго до того, как в их жизни появился Брэд Питт, и это раннее знакомство с родиной никогда его не покидало.
Мэддоксу сейчас 24 года, и он глубоко погрузился в изучение своего камбоджийского наследия. Он был исполнительным продюсером документального фильма об истории страны, в которой родился, и этот проект позволил ему воссоединиться со своими корнями, как это удается немногим приемным детям. По данным Hollywood Life, Мэддокс родился 5 августа 2001 года и является старшим из шести детей в семье.
Задолго до того, как в его жизни появился Брэд Питт, Мэддокс в ранние годы сопровождал свою мать в гуманитарных поездках, пока она выполняла обязанности посла доброй воли Управления Верховного комиссара ООН по делам беженцев. Благодаря такому воспитанию он был в курсе глобальных проблем, с которыми большинство детей его возраста никогда не сталкивались.
В апреле 2023 года Мэддокс присоединился к своей матери на государственном ужине в Белом доме. Этот момент показал, насколько крепка их связь, и стал одним из немногих случаев, когда он появился на публике вместе с ней в официальной политической обстановке. В настоящее время он изучает биохимию в Университете Ёнсе в Южной Корее, куда поступил еще в 2019 году и где также изучает корейский язык.
А недавно он получил лицензию пилота, следуя той же страсти к полетам, о которой его мать говорила публично на протяжении многих лет. Джоли однажды сказала в интервью Entertainment Tonight, что гордится тем, что Мэддокс вырос уравновешенным молодым человеком, умным и трудолюбивым, но при этом не чурающимся немного похулиганить в подростковом возрасте. Это описание, похоже, соответствует его полной приключений жизни на разных континентах.
Мэддокс работал ассистентом режиссера в фильме своей матери «Кутюр» 2026 года, и в титрах он указан как Мэддокс Джоли. Он незаметно отказался от отцовской фамилии в своей профессиональной деятельности задолго до того, как это было официально подтверждено в суде.
Это решение, а также переезд в Южную Корею для поступления в университет, говорят о том, что молодой человек намеренно строил свою жизнь и формировал свою идентичность, в значительной степени не завися от фамилии Питт и голливудской машины, которая когда-то определяла его детство. В 2005 году к ним присоединилась Захара Марли, которую удочерили в приюте в Хавассе, Эфиопия, после поездки, которую Мэддокс сам посоветовал совершить его матери.
В свои 21 Захара ведет студенческую жизнь, которая кажется далекой от заголовков таблоидов. В 2022 году она поступила в Колледж Спелмана в Атланте. На втором курсе она вступила в отделение MUPAI организации «Альфа Каппа»,
«Альфа», первое исторически афроамериканское женское общество в стране, наряду с такими сестрами, как Роза Паркс и Тони Моррисон. Во время церемонии вступления в общество Захара представилась, назвав только фамилию матери и полностью опустив имя отца. Этот момент сразу же привлек внимание в сети.
Среди членов Alpha Kappa Alpha были такие деятели культуры, как вице-президент США Камала Харрис, режиссер Ава Дюверней и покойная икона движения за гражданские права Роза Паркс. Церемония вступления Захары в общество прошла в такой же атмосфере: ее мать и братья Пакс и Мэддокс, как сообщается, присутствовали на мероприятии.
С тех пор она продолжает высказывать свое мнение в публичном пространстве. По данным AOL, она даже выступила с основным докладом на бранче в Монтгомери, штат Алабама, посвященном проблеме бедности среди женщин в период менструации.Сама Анджелина Джоли эмоционально рассказывала о том, как отвозила дочь в Спелман, и на камеру сообщила сотрудникам университета, что этот момент едва не довел ее до слез. Благодаря жизни в женском клубе, танцевальным видео с сестрами и отношениям с актером Элайджей Купером,
Захара построила свою взрослую жизнь, ориентируясь на собственные интересы, а не на публичный имидж своей семьи. В июне 2025 года пару заметили во время летнего свидания в Диснейленде. Они катались на аттракционах и гуляли по «Краю Галактики», как и любая другая молодая пара.
Тихий, обычный момент, который резко контрастирует с публичным детством Захары.По данным Essence, Захара продолжала следовать традициям своего женского общества даже во время учебы в колледже, выступая на показательных выступлениях вместе со своими сестрами, несмотря на то, что ей приходилось совмещать учебу и правозащитную деятельность. Как раз в тот момент, когда поклонники решили, что у них есть полное представление об истории этой семьи, появились новые детали, которые все изменили.
Что на самом деле подтолкнуло этих шестерых братьев и сестер к тому выбору, который они сделали? Ответ может оказаться более душераздирающим, чем кто-либо ожидал. Шайло и Пакс, обретшие себя после трудного детства.
Шайло Нувель, родившаяся в 2006 году, была первым биологическим ребенком Джоли и Питта, и ее рождение в Намибии в то время стало событием мирового масштаба. Сейчас Шайло 20 лет, и последние несколько лет она проводит вдали от всеобщего внимания, в котором когда-то купались ее родители, посвящая себя танцам.
Она много лет занималась в танцевальном комплексе Millennium в Лос-Анджелесе, одной из самых уважаемых коммерческих танцевальных студий в стране.А в апреле 2026 года она снялась в музыкальном клипе южнокорейской поп-исполнительницы Да Ён, по данным журнала Hello Magazine.
В свой 18-й день рождения в мае 2024 года Шайло подала заявление об официальном отказе от фамилии отца, и в августе того же года оно было удовлетворено без возражений. Таким образом, она стала первой из шести детей, официально и публично отказавшейся от фамилии отца.
В детстве Шайло часто становилась объектом спекуляций в СМИ по поводу ее гендерного самовыражения: большую часть детства она носила короткую стрижку и мальчишескую одежду. Став взрослой, она практически перестала публично комментировать эту главу своей жизни, предпочитая, чтобы за нее говорили ее танцы. Теперь в профессиональных титрах и публичных выступлениях она фигурирует просто как Шайло Джоли, отказавшись от фамилии, которая когда-то определяла ее детство в заголовках СМИ.
Ее решение подать заявление о смене имени в тот самый день, когда ей исполнилось 18 лет, часто воспринималось как сигнал о том, насколько она была готова к переменам. Тот факт, что заявление прошло через суд без каких-либо возражений, говорит о том, что, когда дело дошло до судьи, сопротивление было минимальным.
С тех пор Шайло продолжает спокойно строить свою танцевальную карьеру, предпочитая творческое сотрудничество интервью и позволяя своему телу говорить за себя. Пакс Тьен был усыновлен во Вьетнаме в 2007 году. Он стал третьим ребенком в семье и быстро заработал репутацию, по словам его матери, как жесткий и крайне независимый человек.
Сейчас Паксу 22 года, и большую часть своей взрослой жизни он провел за камерой, а не перед ней. Он работал ассистентом режиссера и увлекся фотографией и кинопроизводством, что в значительной степени скрывало его от общественности. В 2024 году Пакс Джоли-Питт пережил один из самых тяжелых периодов своей жизни после серьезной аварии на электровелосипеде в Лос-Анджелесе.
В результате аварии он получил серьезные травмы, которые потребовали неотложной медицинской помощи, пребывания в отделении интенсивной терапии и нескольких месяцев реабилитации.
По данным Netflix Junkie, процесс восстановления включал в себя интенсивную физиотерапию, в ходе которой врачи помогали ему вернуть силу и подвижность. Хотя поначалу авария вызывала опасения по поводу его здоровья в долгосрочной перспективе, близкие к нему люди позже говорили, что благодаря целеустремленности и терпению он добился значительных успехов. Вместо того чтобы уйти из мира творчества, Пэкс постепенно вернулся к работе за кадром в киноиндустрии
продолжая помогать на съемках и одновременно развивая свою растущую страсть к фотографии. Его интерес к визуальному повествованию все больше смещается от актерской игры к работе за кадром, что позволяет ему развивать собственную творческую индивидуальность вдали от всеобщего внимания, которое десятилетиями окружало его семью.
В то время как некоторые из его братьев и сестер публично дистанцировались от фамилии Питт, Пэкс выбрал другой путь.По состоянию на середину 2026 года он остается единственным из шести детей Брэда Питта и Анджелины Джоли, кто по закону сохранил фамилию отца в полном виде. В отличие от Захары, Вивиан и Шайло, которые публично использовали или официально приняли фамилию Джоли,
Пакс никогда не комментировал, почему сохранил фамилию Питт в своем полном имени.
Неизвестно, связано ли это решение с более личным подходом к семейным вопросам, другими отношениями с отцом или просто желанием избежать публичных заявлений. Он оставил этот вопрос без ответа, что периодически порождает спекуляции в СМИ, но не дает никаких разъяснений.
Однако, как и жизнь его братьев и сестер, жизнь Пэкса во многом изменилась после громкого развода родителей. Он был среди детей, летевших в сентябре 2016 года частным рейсом из Франции в Лос-Анджелес, во время которого между Брэдом Питтом и 15-летним на тот момент Мэддоксом произошла ссора. Инцидент стал поводом для расследования со стороны ФБР и Департамента по делам детей и семьи округа Лос-Анджелес.
Изучив имеющиеся доказательства, оба ведомства прекратили расследование, не выдвигая против Питта уголовных обвинений.Тем не менее эта ссора стала поворотным моментом в истории семьи, в конечном итоге предшествовав подаче Джоли на развод и последовавшим за этим многолетним спорам об опеке. Как раз в тот момент, когда казалось, что семейная драма подошла к концу, всплыла новая, душераздирающая глава. Что же на самом деле произошло за закрытыми дверями? И как это повлияло на то, какими стали эти брат и сестра?
Оставайтесь с нами, потому что дальше будет еще удивительнее. Нокс и Вивиан, близнецы, прокладывающие свой собственный путь. Близнецы Нокс Леон и Вивиан Маршелин, родившиеся в июле 2008 года, стали самыми младшими членами семьи и последними детьми, которых Джоли и Питт родили вместе, прежде чем их брак дал трещину. Сейчас близнецам по 18 лет, и последние два года они спокойно взрослеют по-своему.
Нокс недавно окончил Fusion Academy в Лос-Анджелесе — школу, известную своей индивидуальной моделью обучения. На выпускной церемонии он был под именем Нокс Джоли.В свободное от учебы время он серьезно увлекся боевыми искусствами, тренировками и соревнованиями по тайскому боксу — дисциплине, требующей уединения и сосредоточенности, что резко контрастирует с его публичным детством.
Недавно его заметили на тренировке в Лос-Анджелесе в футболке с изображением Мухаммеда Али, кроссовках и спортивных шортах. Эта деталь только усилила ощущение, что Нокс формирует свою идентичность, основанную на дисциплине и физических тренировках, а не на мире развлечений, прославивших его родителей.
Вивьен, его сестра-близнец, пошла другим, но столь же независимым путем. Впервые она пришла в индустрию в качестве ассистента продюсера на бродвейском мюзикле «Изгои» 2024 года, постановке, которую ее мать помогла вывести на сцену. В программке она была указана просто как Вивьен Джоли.
По данным Thought Catalog, всего через несколько дней после того, как 12 июля 2026 года ей исполнилось 18 лет, Вивиан подала заявление о смене имени на Вивиан Маршелин Джоли, полностью отказавшись от фамилии отца.Она стала пятой из шести детей, сделавших этот шаг, после Шайло, Захары и Мэддокса, который подал собственную петицию в начале 2026 года, а слушание по делу Захары назначено на сентябрь.
Таким образом, Пэкс остается единственным из шестерых, кто все еще носит фамилию Питт, в то время как почти все его братья и сестры решили жить без нее. В июле 2008 года рождение Нокса и Вивьен стало полноценным событием для СМИ. Сообщалось, что журналы по всему миру платили рекордные суммы за первые фотографии новорожденных близнецов.
Почти два десятилетия спустя оба близнеца выросли и, похоже, больше заинтересованы в тихой, самостоятельной карьере, чем в возвращении к былой славе. Как раз в тот момент, когда все решили, что эта история уже не может стать сложнее, произошел неожиданный поворот, изменивший все повествование. Что это на самом деле значит для будущего семьи? Вам захочется узнать, как будут развиваться события. Разделение семьи, борьба за опеку и что будет дальше.
Путь, который привел пятерых из шести детей Джоли и Питта к отказу от фамилии отца, напрямую связан с тем полетом в 2016 году и последовавшими за ним годами судебных разбирательств. Анджелина Джоли подала на развод с Брэдом Питтом всего через несколько дней после инцидента, сославшись на непримиримые разногласия и потребовав единоличной физической опеки над всеми шестью детьми. Так закончились 12-летние отношения и двухлетний брак двух самых известных людей Голливуда.
За этим последовала одна из самых затяжных судебных тяжб об опеке в современной истории Голливуда. В 2021 году частный судья первоначально назначил Питту совместную опеку, но в 2022 году Джоли добилась отмены этого решения, заявив, что судья имел нераскрытые деловые связи с командой юристов Питта.
Кроме того, они продолжали вести отдельную судебную тяжбу из-за Miraval, французской винодельни, которой они когда-то владели вместе. Этот спор тянулся годами и добавил ещё больше напряжения в и без того непростые отношения в семье. В последующие годы их юридические команды обменивались встречными исками и финансовыми претензиями.
По данным AOL, их развод был окончательно оформлен в декабре 2024 года, завершив судебную эпопею, которая длилась более восьми лет. Однако, несмотря на улаженные формальности, эмоциональная дистанция между Питтом и его детьми, как сообщается, по-прежнему велика.
Источники, близкие к семье, описывают его отношения со взрослыми детьми как практически отсутствующие в последние годы, а визиты к ним ограничиваются в основном младшими братьями и сестрами, с которыми у него заключено соглашение об опеке.Отчасти причиной такого дистанцирования стали обвинения, выдвинутые Джоли в судебном иске, в котором она утверждала, что Питт душил одного из их детей и ударил другого во время того же перелета в 2016 году, при этом несколько детей якобы умоляли его остановиться.
Питт отрицал свою вину на протяжении всего судебного процесса, и после расследования ему не было предъявлено никаких уголовных обвинений, хотя сами обвинения продолжают влиять на общественное восприятие семьи и на то, почему дети коллективно дистанцируются от отца. Джоли, в свою очередь, говорила о своих детях как о якоре, который помог ей пережить самые тяжелые годы в жизни.
В прошлых интервью она рассказывала, как материнство полностью изменило ее и как дети давали ей силы двигаться дальше в самые сложные периоды развода и борьбы за опеку.Один из ее детей даже использовал ее нью-йоркскую квартиру в качестве базы, пока строил самостоятельную взрослую жизнь.
Джоли откровенно рассказала в интервью The New York Times в 2025 году о том, насколько тесной была связь между ее детьми и их матерью, даже когда они разъехались по разным колледжам, странам и сферам деятельности.
Совсем недавно Джоли намекнула, что чувствует прилив сил перед началом новой главы своей жизни. В середине 2026 года она рассказала изданию Variety, что ее боевой дух наконец вернулся после многих лет судебных тяжб и семейных потрясений.
Эта новая энергия, похоже, отражает то, что происходит с ее детьми, каждый из которых вступает во взрослую жизнь на условиях, которые они во многом определили для себя сами. Что касается будущего, то, судя по всему, братья и сестры выбирают путь, определяемый скорее их собственными амбициями, чем знаменитой фамилией или ее отсутствием.
Мэддокс изучает науку и авиацию в Южной Корее. Захара строит свою жизнь в Атланте, опираясь на поддержку сестер и правозащитную деятельность. Шайло нашла свое призвание в танцах. Пэкс потихоньку пробивается в киноиндустрию за кулисами. А близнецы, Нокс и Вивиан, только начинают вступать во взрослую жизнь: один занимается боевыми искусствами, а другая — театральным искусством.
Если посмотреть на все шесть историй их жизни, то больше всего бросается в глаза то, насколько по-разному каждая из них решила пережить одно и то же детство. Кто-то обратился к своему наследию, как Мэддокс, которая воссоединилась с Камбоджей через кино. Кто-то обратился к сообществу, как Захара, которая нашла подруг в колледже для афроамериканцев. Кто-то просто обратился к дисциплине и мастерству, как Нокс на ринге или Шайло на танцполе.
Ничто из этого не похоже на путь, который прошли их родители, и, возможно, в этом и есть смысл.
Для Анджелины Джоли наблюдать за тем, как ее дети начинают самостоятельную жизнь, — это своего рода тихая победа после всего, через что прошла их семья. После развода она продолжила карьеру актрисы, режиссера и правозащитницы, оставаясь главной опорой в жизни своих детей, которые разъехались из Атланты в Сеул и на Бродвей.
Для Брэда Питта эта картина выглядит гораздо более далекой. Он — отец, который в значительной степени отстранен от взрослой жизни, которую строят его дети, и наблюдает со стороны, как фамилия, которую он когда-то носил вместе со всеми шестью детьми, исчезает, по одному документу за раз.
Шестеро детей, которые когда-то знали друг друга только как члены знаменитой смешанной семьи, фотографировавшиеся на премьерах, теперь больше похожи на шестерых отдельных людей, пишущих свои собственные истории, каждая из которых сформирована одним и тем же непростым детством, но движется в совершенно разных направлениях. Сократится ли когда-нибудь дистанция между ними и их отцом, остается открытым вопросом, но пока все шестеро, похоже, гораздо больше сосредоточены на построении собственного будущего, чем на возвращении к прошлому. Целую Нежно Люблю безбрежно)
